Бродячие торговцы эюпскими игрушками

Старые стамбульские кварталы жили тесной соседской общиной, сообща делившей и радости, и невзгоды. На извилистых мощённых булыжником улочках жизнь пробуждалась с утренним азаном, и следом по переулкам расходились уличные торговцы и ремесленники.

Из всех разносчиков главными для детворы были, конечно, бродячие продавцы эюпских игрушек. На деревянных коромыслах-рамах или в заплечных плетёных корзинах (küfe) они носили деревянные колыбели, тележки, маленькие кувшины-свистульки и кувшинчики с зеркальцами, вертушки fırıldak, ванек-встанек, волчки, трещотки kaynana zırıltısı, свистки kursak, свирели, стрелы, акробатов, звенящие тележки çınçın, бубны с бубенцами и барабаны. Стоило в квартале раздаться звукам «Алжирского марша», который игрушечник выводил на своём свистке kursak, как дети со всех ног бросались к матерям, упрашивая купить игрушку.

В литературе и на киноэкране

Множество игрушек, сработанных в Эюп-Султане, расходилось по всем концам Стамбула именно благодаря бродячим разносчикам. Фигура уличного продавца эюпских игрушек была настолько привычной приметой городской жизни, что то и дело встречается в романах, рассказах и мемуарах той поры.

Халиде Эдиб вспоминает торговцев, которых она видела в детстве на гуляньях в Ыхламуре:

«Игрушечники бродили с корзинами эюпских игрушек за спиной, водоносы звенели стаканами, а продавцы тягучей пасты маджун и леденцов-петушков распевали зазывные четверостишия».

Сцена с бродячим продавцом эюпских игрушек попала и в классику турецкого кино — художественный фильм 1968 года Efkârlı Sosyete («Грустное светское общество») с Садри Алышиком и Недждетом Тосуном в главных ролях.

Из лавки — к травнику, от травника — на улицу

По Стамбулу игрушки расходились не одним путём, а сразу по трём каналам: через собственные лавки в Эюпе, через лавки травников-актаров во всех районах города и через уличных торговцев, обходивших квартал за кварталом (Koçu 1972, с. 5461–5462). Эта тройная сеть сбыта объясняет, каким образом игрушки, сделанные в одном небольшом предместье, попадали в каждый стамбульский двор и даже в далёкие области Анатолии.

Свисток уличного гуляки

Зарисовка, сохранившаяся на страницах «Стамбульской энциклопедии» Кочу, передаёт эту уличную сцену с особой живостью (цит. по: Yalçınkaya 2006, с. 293). Стоило разносчику на углу улицы заиграть в свой свисток kursak, как дети выскакивали изо всех закоулков и обступали его, «словно на зов волшебной флейты». На свистке нередко играл лихой уличный балагур — кюльханбей, украшавший модные песенки бойкими переливами, среди которых звучали и куплеты вроде «Что со мною сделала судьба — мятная водица, сахарок».

Свистки kursak упоминаются ещё у Эвлии Челеби среди игрушек XVII века — и три столетия спустя этот свисток по-прежнему не переводился в корзине разносчика. Подробнее о раннем свидетельстве путешественника читайте в нашей статье «Игрушечники Эюпа глазами Эвлии Челеби».

Источники

• Koçu, Reşad Ekrem (ред.), «Eyyubsultan Oyuncakları», İstanbul Ansiklopedisi, т. 10 (ERI–FIR), 1972, с. 5461–5462.
• Yalçınkaya, Tosun (2006). «Eyüp Oyuncakçılığı ve Oyuncak Atölyesi», Tarihi, Kültürü ve Sanatıyla X. Eyüpsultan Sempozyumu Tebliğleri, Eyüp Belediyesi, с. 290–295.